Translate

субота, 11 квітня 2020 р.

Всемирный День космонавтики и авиации отмечают в Украине и во всём мире ежегодно 12 апреля. К этой дате в библиотека-филиал №2 им. К. Г. Паустовского представляет видео выставку-путешествие: «Космонавтика сегодня и завтра». Литература, представленная на видео выставке о выдающихся учёных конструкторах мировой космонавтики, о проведённых ими исследованиях и экспериментах на борту космических кораблей и орбитальных станций. Шагнув в неизвестность вселенной, Юрий Гагарин шагнул в бессмертие. Юрий Гагарин поднялся первым к звёздам, стал первопроходцем космических трасс. Только всесторонне образованным открывается путь в космос. Овладеть высотами науки в наши дни довольно нелегко. Космонавтам приходится изучать математику и физику, астрономию и кибернетику, радиотехнику и электронику, механику и металлургию, химию и биологию, психологию и физиологию. Чтобы выдержать такую нагрузку , надо наряду со способностями обладать и отменным здоровьем. Только физически крепкий организм способен справиться с программой подготовки космонавта к полёту и самим полётом. Только человек с отлично натренированным телом, крепкими нервами и устойчивой психикой сможет успешно выдержать все те испытания, которым подвергается человек, решивший стать космонавтом. Покоряется космос лишь сильным людям! «Рассвет. Ещё не знаем ничего. Обычные «Последние известия»… А он уже летит через созвездия, Земля проснётся с именем его.» «Приём, как на границе сказки, На грани неба и земли. И вот- в невиданной оснастке Уходят к звёздам корабли.»


пʼятниця, 10 квітня 2020 р.

Библиотека-филиал №2 им. К. Г. Паустовского представляет отрывок из повести "Чёрное море" Константина Паустовского ко Дню Освобождения Одессы, нашего любимого города. Отрывок текста из повести о родном городе читает заведующая библиотекой №2 им. К. Г. Паустовского, лауреат литературной премии Константина Паустовского Карина Апаринова.


«Я благодарен Одессе за многое, — за ее жизнерадостность и веселье, даже в самых трудных обстоятельствах, за кипучесть ее жителей, за их мужество, доказанное последней войной, за их ребяческое любопытство и простодушие и за их впечатлительность. Одесса прекрасна».









10 апреля - Одесса была освобождена от фашистских оккупантов

Приморский бульвар, артиллеристы соединения гвардии полковника Ефимова производят салют в честь освобождения Одессы, 1944 год

В августе 1941 года мы уходили из Одессы. Лето стояло дождливое. Короткие и частые дожди перепадали над пустынным уже в те дни, но прекрасным городом. Теплый ветер, дувший с Босфора, мягкий левант мгновенно высушивал мостовые. От дождя оставался только знакомый всем, кто бывал в Одессе, запах нагретого моря и ноздреватого желтого известняка. Из него, как из окаменевшей пены, выстроены одесские дома.

Мы уходили, но твердо знали, что скоро вернемся в этот город — богатый и жизнерадостный, заражавший своими весельем и бодростью всю страну.

За Тилигульским лиманом мы заночевали в степи. Водитель нашей машины не спал. Он сидел на подножке грузовика, курил и смотрел на запад, где в темном небе загорались желтые бесшумные огни.

— Опять налет на Одессу, — сказал водитель. — Там бой, а здесь тихо, только кукуруза шуршит.

Водитель помолчал.

— С ума я сошел, что ли? — спросил он сам себя. — Весь день только одно воображаю: как я вернусь до себя в Одессу, на Ланжерон. Буду идти медленно, каждую калитку потрогаю, каждую акацию поглажу, посмотрю — может, она раненная немецкой ядовитой пулей. Вот так сижу и представляю себе, как малый ребенок. Смешно!

Никто ему не ответил. То, что он говорил, было совсем не смешно.

Я тоже представил себе, как я иду через всю Одессу на Французский бульвар, где в густых садах всегда кричат цикады и ветер шевелит солнечные пятна на дорожках. Иду через весь город, прогретый солнцем, на каждом шагу останавливаюсь, смотрю, вспоминаю — и от воспоминаний и морского сквозняка, дующего вдоль улиц, тяжело бьется сердце.

Вот угол Екатерининской и Дерибасовской. Здесь всегда по вечерам стояли цветочницы. В тазах с холодной водой лежали груды роз, пионов, сирени. На ветвях деревьев, над цветами висели горящие фонари. Рядом сверкало электричество, но старая традиция сохранилась — цветочницы приносили с собой фонари, зажигали их, и мягкий свет смешивался с запахом цветов.

Приморский бульвар. Старые платаны. Порт внизу, под откосами — огромный, дымный. Брекватер, где с утра до заката одесские старики — насмешники и ворчуны — удили на "самодуры" веселую скумбрию.

Воронцовский маяк. Карантинная гавань. Отсюда еще в 1854 году Одесса дала первый отпор врагу. Здесь стояла батарея прапорщика Щеголева, когда к Одессе подошла эскадра Га мелена. Шесть часов батарея отстреливалась от трехсот пятидесяти вражеских орудий. Сначала из четырех своих орудий, потом — из двух и, наконец, из одного. Неприятельская эскадра ушла, озадаченная упорством русских.

Памятник строителю Одессы Ришелье. Одесситы зовут его запросто — дюком. Дюк показывает бронзовой рукой на море, как бы восхищаясь его ширью и голубизной.

Городской театр. Пушкинская улица. В июле 1941 года дом, где жил Пушкин, был разбит бомбой. Остался только небольшой кусок стены с мемориальной доской. Прислонившись к стене, лежала сломанная акация. Листья ее еще не увяли, шумели от ветра и бросали тень на мраморную доску. В этом доме был начат "Евгений Онегин".

Мосты над портовыми спусками. Плоские испанские дома. Грохот знаменитых одесских окованных дорог. Флаг над таможней. Парки, аркады, живописные старофранцузские дома ПалеРояля, фонтаны и — куда ни взглянешь — синяя стена моря.

Одесские базары. На них надо было приходить, чтобы смотреть и слушать. Смотреть на горы мокрых от росы помидоров, баклажанов, перцев, абрикосов, дынь, на глыбы зеленоватой брынзы и плоскую камбалу на обитых жестью прилавках. Слушать брызжущие весельем разговоры продавцов и покупателей.

Одесские базары с их шеренгами толстых рыбачек над корзинами с мелкой рыбешкой — фиринкой. И ласковый крик: "Вот для вашей кошечки, мадам! Вот для кошечки!"

Великолепная лестница к морю. Одесситы говорят, что такой лестницы нет во всем мире. И это не хвастовство, а правда. Историческая "Лондонская" гостиница с ее известными половине России седыми официантами. Прохладные подвалы, где продают зельтерскую воду, разноцветный блеск сиропов в хрустальных графинах. Запах горячих каштанов осенью, а весной — запах темных фиалок.

Эллинг в порту, паровые мельницы и заводы на Пересыпи. Ржавые якоря, запах нефти и рассола, лиманы с целебной грязью, широкие пляжи Лузановки, и надо всем этим — сухой свет южного полудня.

В Одессе шутили всюду — в учреждениях, на улицах, в трамваях, на базарах. Шутили остро, метко. Шутили от избытка жизнерадостности, талантливости, от избытка света и тепла.

Все в Одессе соединялось так счастливо, чтобы создать племя деятельных, талантливых и просвещенных людей. Одесса вырастила и воспитала плеяду писателей, поэтов, художников, политических деятелей, музыкантов, ученых, моряков.

Багрицкий, Вера Инбер, Катаев, Славин, Ильф, Петров, Олеша, Кирсанов — прирожденные одесситы. Количество рассказов и стихов, написанных об Одессе, — неисчислимо. Своеобразный жизненный материал переполняет Одессу. Нужно быть очень ленивым и равнодушным человеком, чтобы этого не заметить. Любой рассказ об Одессе, выхваченный наудачу, доказывает это.

Куприн прожил в Одессе недолго, но этого было достаточно, чтобы написать рассказ о старом одесском еврее, открывшем бином Ньютона и не подозревавшем о существовании Ньютона. Или превосходный рассказ о Сашкемузыканте из "Гамбринуса". А "Белеет парус одинокий" Катаева, где все вплоть до высосанной лимонной корки, выброшенной морем, проникнуто особой прелестью одесской жизни!

И вот этот город, созданный для труда и веселья, нарядный и слегка легкомысленный, как большинство южных городов, осенью 1941 года был поставлен лицом к лицу с врагом. И Одесса не дрогнула. Веселье превратилось в ярость, жизнерадостность — в ненависть к врагу, шутливость — в мужество.

Одесса дралась жестоко, непоколебимо, упорно, не желая отдавать врагу ни одного камня, ни одного клочка своей земли. Вся гордость народа была воплощена в эти дни в защитниках Одессы. В первых рядах, в самых опасных местах, где поднятая пулями белая одесская пыль забивала глаза, рот, уши, были моряки, потомки потемкинцев и очаков цев, дети рабочих с Пересыпи и Молдаванки, сыновья шкиперов с херсонских шхун, сыновья рыбаков с Большого Фонтана, из Дофиновки и Овидиополя — веселое, независимое, отважное племя людей, воспитанных Черным морем.

Одесса нами взята. Еще не рассказана история ее мужества и ее страданий.

Одесса расцветает из пепла и развалин с непостижимой быстротой. Она снова зашумит над морем гудками пароходов, песнями, смехом, аккордами роялей и густой листвой садов.

Константин Паустовский





















Библиотека-филиал №2 им. К. Г. Паустовского представляет вашему вниманию свой новый буктрейлер по книге "Золотая роза" Константина Паустовского. Книга просто завораживает красотой и поэтичностью слога. Автор, как истинный художник широкими мазками, при помощи слов рисует потрясающие картины... И это, безусловно, талант уметь подмечать прекрасное повсюду и постоянно. Об этом умении автор и пишет. Он призывает наблюдать, впитывать, интересоваться, подмечать, запоминать... И при этом окидывать мир и людей вокруг не беглым взглядом, а пытливым и проникающим в самую суть. Ведь писательство - это не только талант, но и весь богатейший опыт человека сквозь призму его мировоззрения и бесконечных наблюдений. Маленькие зарисовки и меткие наблюдения делают эту книгу увлекательной и местами очень мудрой. Это необычная книга, в которой нет главного героя, нет композиции в привычном понимании, рассказы не связаны между собой сюжетом, да это в общем то и не рассказы. "Это записи размышлений, просто разговор с друзьями..." - так Константин Паустовский определил их жанр. Так, что прочитайте эту книгу "Золотая роза" и станьте одним из друзей!


середа, 8 квітня 2020 р.

Паустовский и Ядов. В "Моряке" было два фельетониста: бойкий одесский поэт Ядов ("Боцман Яков") и прозаик Василий Регинин. Ядов, присев на самый кончик стула в редакции, торопливо и без помарок писал свои смешные песенки. На следующий день эти песенки уже знала вся Одесса, а через месяц-два они иной раз доходили даже и до Москвы. Ядов был по натуре человеком уступчивым и уязвимым. Жить ему было бы трудно, если бы не любовь к нему из-за его песенок всей портовой и окраинной Одессы. За эту популярность Ядова ценили редакторы газет, директора разных кабаре и эстрадные певцы. Ядов охотно писал для них песенки буквально за гроши. Внешне он тоже почти не отличался от портовых людей. Он всегда носил линялую синюю робу, ходил без кепки, с махоркой, насыпанной прямо в карманы широченных брюк. Только очень подвижным и грустно-веселым лицом он напоминал пожилого комического актера. Ядов в Одессе был не один. Жил в Одессе еще талантливый поэт, знаток местного фольклора Мирон Ямпольский. Самой известной песенкой Ямпольского была, конечно, "Свадьба Шнеерсона"[7]: Ужасно шумно в доме Шнеерсона... Она обошла весь юг. В ней было много выразительных мест, вроде неожиданного прихода на свадьбу Шнеерсона (под гром чванливого марша) всех домовых властей: Сам преддомком Абраша Дер-Молочник Вошел со свитою, ну прямо словно царь! За ним Вайншток - его помощник И Хаим Качкес - секретарь. Песенку о свадьбе Шнеерсона, равно как и продолжение ее - "Недолго длилось счастье Шнеерсона",- мог написать только природный одессит и знаток окраинного фольклора. Почти все местные песенки были написаны безвестными одесситами. Даже всеведущие жители города не могли припомнить, к примеру, кто написал песенку "Здравствуй, моя Любка, здравствуй, дорогая!" - Жора со Стеновой улицы или Абраша Кныш? "Что? Вы его не знаете? Так это тот самый шкет, которого поранили во время налета на почтовое отделение в Тирасполе". Мода на песенки в Одессе менялась часто. Не только в каждом году, но иной раз и в каждом месяце были свои любимые песенки. Их пел весь город. Если знать все эти песенки, то можно довольно точно восстановить хронологию одесских событий. Так, например, песенку "Ростислав" и "Алмаз" - "за республику, наш девиз боевой - резать публику!" пели в 1918 году, а песенку "Выйду ль я на улицу, красный флаг я выкину, ах, Буденному везет больше, чем Деникину!" пели в 1920 году, когда дело Деникина было проиграно. Я помню, как вся Одесса пела "Мичмана Джонса", потом "Эх, хмурые будни, осенние будни...", "Цыпленка", "С одесского кичмана бежали два уркана", "Дочечку Броню", "Вот Маня входит в залу". После этого пошли уже более поздние песни, вроде знаменитой бандитской: Губернский розыск рассылает телеграммы, Шо горoд Харьков переполнен из ворамы! Шо наступил критический момент И заедает вредный элемент. Эту песенку можно было петь без конца, потому что имена городов менялись в ней по желанию исполнителей-Харьков, Киев, Ялта, Голта, Сочи и почему-то вдруг далекая Вятка. Поток одесских песенок не прекращался до сороковых годов. Но он заметно иссякал, а перед войной, в 1941 году, совсем высох. Во время Отечественной войны шумные и легкомысленные одесситы, любители этих песенок, те, кого еще недавно называли "жлобами", спокойно и сурово, но с неизменными одесскими шуточками дрались за свой город с такой отвагой и самоотверженностью, что это поразило даже врагов. Сражались и старые рыбаки и морские люди, которым не хватало места на кораблях. Сражались отчаянно потому, что за их спиной была Одесса, город, где труд никогда не чурался веселья, город неугомонный, как шумный раскат черноморской широкой волны. И естественно, что после войны родились новые песни о героизме одесских людей и их неизменной любви к своему городу. Весной 1922 года я уехал из Одессы на Кавказ и несколько месяцев прожил в Батуме. Однажды я неожиданно встретил на батумском приморском бульваре Ядова. Он сидел один, сгорбившись, надвинув на глаза старую соломенную шляпу, и что-то чертил тростью на песке. Я подошел к нему. Мы обрадовались друг другу и вместе пошли пообедать в ресторан "Мирамаре". Там было много народу, пахло шашлыками и лиловым вином "Изабелла". На эстраде оркестр (тогда еще не существовало джазов и мало кто слышал даже про саксофон) играл попурри из разных опереток, потом заиграл знаменитую песенку Ядова: Купите бублики Для всей республики! Гоните рублики Вы поскорей! Ядов усмехнулся, разглядывая скатерть, залитую вином. Я подошел к оркестру и сказал дирижеру, что в зале сидит автор этой песенки одесский поэт Ядов. Оркестранты встали, подошли к нашему столику. Дирижер взмахнул рукой, и развязный мотив песенки загремел под дымными сводами ресторана. Ядов поднялся. Посетители ресторана тоже встали и начали аплодировать ему. Ядов угостил оркестрантов вином. Они пили за его здоровье и произносили замысловатые тосты. Ядов был растроган, благодарил всех, но шепнул мне, что он хочет поскорее уйти из ресторана. Мы вышли. Он взял меня под руку, и мы пошли к морю. Шел он тяжело, прихрамывая. Приближались сумерки. Опускалось солнце. Вдали, над Анатолийским берегом, лежал фиолетовый дым, а над ним огнистой полосой горели облака. Улицы нарядно пахли мимозой. Ядов показал мне тростью на гряду облаков и неожиданно сказал: И, как мечты почиющей природы, Волнистые проходят облака... Я посмотрел на него с изумлением. Он это заметил и усмехнулся. - Это Фет,- сказал он.- Поэт, похожий на раввина из синагоги Бродского. Если говорить всерьез, так я посетил сей мир совсем не для того, чтобы зубоскалить, особенно в стихах. По своему складу я лирик. Да вот не вышло. Вышел хохмач. Никто меня не учил, что во всех случаях надо бешено сопротивляться жизни. Наоборот, мне внушали с самого детства, что следует гнуть перед ней спину. А теперь поздно. Теперь лирика течет мимо меня, как река в половодье, и я могу только любить ее и завистливо любоваться ею издали. Но написать по-настоящему не могу ничего. Легкие мотивчики играют в голове на ксилофоне. - Но для себя,- сказал я,- вы же пишете лирические стихи? - Что за вопрос! Конечно нет. У меня, слава богу, еще хватает ума и вкуса, чтобы понять, что в этом отношении я конченый человек. Вот, говорят, люди сознают свою талантливость и гениальность. А я сознаю беспомощность. Это, пожалуй, тяжелее. Вы не помните, кто из замечательных немецких поэтов в одно прекрасное утро сел к столу и вдруг написал паршивенькие стихи? Мозг иссяк. Оказывается, этот поэт небрежно и просто преступно обращался со своим мозгом. После этого страшного утра он уже не написал ничего годного, даже для бульварной печати. Он переменил профессию и начал варить ядовитую жидкость от клопов. Хоть маленькая польза. Для человечества. - Грех вам так говорить, Яков Семенович,- сказал я. Я был искренне огорчен его словами. - Милый мой, это все давно уже обдумано и передумано. Я не отчаиваюсь. Я раздарил свой талант жадным и нахальным торгашам-антрепренерам и издателям газет. Мне бы дожить без потерь до сегодняшнего дня - я, быть может, написал бы вторую "Марсельезу". А вам спасибо хоть на добром слове. Мы распрощались. Первые тяжелые капли начали падать из непроглядной темноты. Я быстро пошел к себе, прислушиваясь к ровному шуму подходившего с моря дождя. Больше я не встречал Ядова, но запомнил его лицо печального клоуна с глубокими складками около губ и тоскливыми глазами.
















Для человека самое важное сегодня-это здоровье. Здоровья нельзя купить, его можно только заработать. 7 Апреля библиотека-филиал №2 им. К. Г. Паустовского предлагает читателям книжный обзор, посвящённый Всемирному дню здоровья. Эта праздничная дата призвана помочь людям оценить, как много в жизни человека значит здоровье, а для здоровья правильное питание. Здоровое и рациональное питание это не только низкокалорийная, богатая витаминами и натуральная пища, но и определенные правила в еде. Предлагаем вниманию читателей обзор книг: Генрих Ужегов "Питание и здоровье" и Геннадий Малахов "Голодание и здоровье". Генрих Ужегов "Питание и здоровье"-эта книга из серии "Ваше здоровье". Книга знакомит читателя с различными рецептами из овощей, трав и фруктов. Вы узнаете. как приготовить лечебный отвар, а также сможите сделать лечебную мазь из продуктов, которые у вас есть дома, не подозревая об этом раньше. Автор рассказывает нам о целебной силе цветов и предлагает календарь сбора лекарственных трав. Читатель узнает сколько и каких витаминов нужно человеку в сутки. Вы научитесь правильно питаться, научитесь готовить вкусные и полезные блюда. Диеты и рецепты помогут вам избавиться от различных заболеваний. Также предлагаем читателям познакомиться с популярным изданием Геннадия Малахова "Голодание и здоровье". Эта книга поможет освоить естественный очистительный процесс-голодание. Автор рассказывает о влиянии голода на человека.Геннадий Петрович предлагает различные виды голодания, а также голодание при заболеваниях. В книге много комментариев и рассуждений. Мы давно слышали, что голодом излечивают неизлечимые болезни. Люди рассказывают, как уже готовились к самому худшему, а излечились голодом. Правильное питание снижает усталость, улучшает самочувствие, уменьшает раздражительность и возбужденность. Для поддержания хорошего здоровья пищевой рацион каждого человека должен быть ограниченным по объему и полноценным по набору продуктов.Медицина сегодня далеко не всесильна. Во всём мире врачи не могут найти медикаментов от многих болезней. Недано мир столкнулся с новой страшной эпидемией. Правильное питание и здоровье зависит только от нас. В книге вы найдёте новые ценные советы для сохранения вашего здоровья. Теперь дело только за вами, берегите своё здоровье и будьте здоровы!.